"7 дней", 24-30 ноября 2003
Автор - Татьяна Петрова, фото - Елены Суховой.

Перепечатано - Владимир Костицын.


ВАЛЕРИЯ: "Я клялась, что не наступлю на те же грабли..."

Еще год назад Валерия уверяла корреспондента "7 дней", что на эстраду вряд ли вернется. А если это и произойдет, то уж точно: больше - никаких продюсеров! Прошло полгода, и из продюсерской компании Иосифа Пригожина сообщили о возвращении Валерии. А на просьбу взять у нее интервью заявили: "По контракту певица не имеет права на личные комментарии". Кошмар! Неужели новая кабала?.. Когда же поползли слухи о бурном романе Валерии и Иосифа и даже их скорой свадьбе, нам все-таки удалось поговорить с певицей. Валерия успокоила: продюсеру доверяет, контракт выверен личным адвокатом, а что касается свадьбы, то это полная чушь. "За Пригожина? Замуж? Да никогда в жизни!" - клялась она в июле. А сегодня объявила, что дата церемонии ее бракосочетания с Иосифом уже назначена...

Валерия, почему же летом вы опровергли слух о том, что собираетесь выйти замуж за Иосифа? Зачем было обманывать общественность?
Валерия:
Да что вы! Я никого не обманывала. Разве что не сказала всей правды. (Улыбается). Но поверьте, в тот момент я еще не знала, что наши отношения будут настолько серьезными, что мы примем решение пожениться. Да и какой свадьбе можно было говорить летом, если Иосиф сделал мне предложение только в октябре?
Иосиф: У нас вообще все произошло очень неожиданно. Если бы десять лет назад... Да что десять! Если бы год назад кто-то сказал мне, что у нас с Валерией может быть семья, я просто посмеялся бы. Это было из разряда фантастики.
Валерия: Конечно, я помнила Иосифа по "Утренней звезде", читала его книгу с дарственной надписью моему бывшему продюсеру, мы где-то пересекались. Но еще в прошлом году я не могла бы сказать вам, какое он производил на меня впечатление. Оно не было ни плохим, ни хорошим. Никаким. Когда меня спрашивали, с кем из продюсеров я хотела бы работать, его кандидатура даже не рассматривалась. Что уж говорить про личные отношения? Составили бы мне список из 3000 имен претендентов на мою руку и сердце - Пригожин был бы в нем последним. Я бы про него и не вспомнила. И если б кто-то сказал мне, что выйду за него замуж, я - сто процентов - не поверила бы.
Иосиф: А если б мне сказали такое про Валерию, я - двести процентов - не поверил бы.(Оба хохочут).

Удивительно! Получается, совместная работа способствовала рождению вашей любви?
Иосиф:
Какая работа?! Я потерял голову, как только увидел Леру. 12 марта этого года. В ресторане Феди Бондарчука. Мы встретились, чтобы обсудить возможность совместной работы. Накануне в спортзале я случайно узнал от Лериного земляка - генерального директора канала "Культура" Александра Пономарева, что Валерия приехала на несколько дней в Москву. Помню, спросил у него: "неужели то, что она рассказала "7 дням", правда?" "Да, - сказал он. - Кстати, не хочешь с ней поработать?" Я стал отмахиваться: "Да ты что! Зачем мне эти семейные драмы, интриги? Нет-нет, не хочу". Но - странное дело - Саша почему-то так настаивал, что я пообещал: "Ладно, позвоню тебе завтра, поговорим". А на завтра у меня была встреча с адвокатом, который вел дела нашей компании и, как оказалось, Лерины тоже. Узнав, что я собираюсь звонить по поводу Валерии, он набрал ее номер и передал мне трубку. Я попросил о встрече, и вдруг она заявила: "Хорошо, только давайте встретимся побыстрее". Я подумал: "Ничего себе! Вот это поворот! Какая шустрая дамочка!"
Валерия: Дело в том, что через день у меня была назначена встреча с другим продюсером, которому нужно было дать ответ, и я хотела побыстрее определиться.
Иосиф: В тот же день встретились в ресторане. Мы сидели с коллегой - Александром Качаном, директором Кристины Орбакайте. Ждали. И вдруг зашла она. В красной шапочке...
Валерия: Да не в шапочке, а в кепочке! (Смеется). Она стала для нас исторической. Я уже думаю, не повесить ли ее на стену на память о первой встрече? Видимо кепочка Иосифа и сразила... Хотя, надо честно признать, выглядела я тогда сногсшибательно: высокие сапоги, темные очки (в общественным местах приходится маскироваться), вся такая нарядная. Да еще эта красная кепочка...
Иосиф: Мне не нравится, когда женщины в помещении сидят в темных очках, но когда Лера начала активно, очень эмоционально говорить, я забыл про все на свете. Буквально онемел, не мог слова сказать. А когда она сняла очки и я увидел ее глаза, меня словно током пробило. Не поверите - со мной такое было впервые.
Валерия: Я-то только потом узнала, что он обалдел. Думала: ну, сидит, слушает. Тем более, что задачи произвести впечатление я не ставила, не кокетничала. Для меня это была обычная деловая встреча. Иосиф задавал вопросы, я на них честно отвечала.
Иосиф: За творчеством Валерии я следил с 1991 или 1992 года, но лично мы не были знакомы. Мне всегда казалось, что она холодная, как лед, замкнутая. И вдруг - совершенно очаровательный персонаж. Я влюбился с первого взгляда, просто с ума сошел. Лера убила меня наповал. И с той первой встречи не было часа, чтобы я с ней не разговаривал.
Валерия: Не успела доехать до дома (я тогда жила в Москве у маминой подруги Галины Михайловны и ее дочери - моей подруги Наташи), как раздался звонок: "Знаешь, мы сейчас возвращались в офис и все говорили о тебе. До сих пор не можем прийти в себя от встречи. Мы просто в шоке". В своих чувствах Иосиф сразу не решился признаться и, прикрываясь Качаном, говорил "мы". Я первое время понять ничего не могла: ничего себе, какой контроль! Он либо был со мной рядом, либо каждый час звонил. Договариваясь о следующей встрече, Иосиф попросил: "Только давай все быстро решим. Не думай долго". "Нет, - возразила я. - Мне надо все взвесить. Я уже наобжигалась. И теперь все вопросы буду обсуждать с адвокатом". "Ради бога", - спокойно ответил Иосиф. Через три недели мы уже записали первую песню, а 7 апреля (меньше чем через месяц после первой встречи) заключили контракт. Правда, предварительно я позвонила всем, кому могла и навела справки. Я ж не знала тогда, что это за "фрукт" такой.

Интересно, что же вы узнали об этом "фрукте"?
Валерия:
Мне говорили: "Негативной информации о нем нет", "очень порядочный", "чрезвычайно аккуратно ведет дела... Этого было достаточно. К тому же он сразу рассказал, как представляет себе наш совместный бизнес. В его компании есть фирменное выражение: "Отношения должны быть прозрачными". Это хороший подход. К тому же мне с самого начала были предложены такие условия контракта, что ими можно было бы гордиться. Если б я имела право их обнародовать, написала бы на листочке и всем показывала: "Завидуйте!" (Улыбается). В других местах, в частности там, куда я планировала пойти еще до встречи с Йосей, мне бы таких денег не предложили, однозначно. Признаться, сам он мне раньше казался человеком тяжелым. Внешность-то суровая, как сдвинет брови - аж страшно становится. (Смеется.) Но в процессе общения (а мы разговаривали не только о работе, речь так или иначе заходила о жизни) выяснилось, что он просто замечательный.
Иосиф: Если честно, в делах я действительно жесткий и резкий, особенно, если люди нарушают правила. Не прощаю хамства, предательства, ошибок. Но я жесткий прежде всего по отношению к себе. В душе же - сама доброта. (Улыбается.)

Вы тоже наводили справки о Валерии, прежде чем начать с ней работать?
Иосиф:
Конечно. Не скрою, у меня к артистам отношение особое. Я не доверяю им так же, как политикам. Между артистом и продюсером всегда существует взаимное недоверие. Естественно, я проверял всю информацию о Валерии. Предыдущего ее продюсера знал поверхностно, о его человеческих качествах не имел представления. Стал общаться с родителями Леры, друзьями, знакомыми, коллегами. И в результате силами своей службы безопасности провел настоящее расследование, узнав о Лере все, вплоть до рождения. (У меня уже был "следовательский" опыт - я сам нашел преступников, которые в начале этого года ограбили мою квартиру и ранили сына.) Но я все делал очень тонко, деликатно, никто вам не скажет, что звонил Пригожин и интересовался Валерией.
Валерия: Помню, он мне задал тот же вопрос, что и Саше Пономареву: "Неужели все то, что я прочел в "7 днях" о тебе и твоем бывшем продюсере, правда?" Я объяснила, почему вынуждена жить в Аткарске. Хотя к тому моменту уже вся страна знала и про синяки, и про ножи... Но я понимала, почему Иосиф проверяет информацию, мой бывший продюсер ведь преподносил историю совсем в другом свете - поносил меня, обливал грязью.
Иосиф: У меня в голове не укладывалось: как такой потрясающий, фантастический человек, как Валерия, может с кем-то не ужиться? Каюсь, даже думал, что это хорошо спланированный пиар. А когда убедился, что все в ее интервью - правда, пришел в ужас... Сейчас вот некоторые так называемые критики пишут: "Да, певица записала новый альбом, но ведь в нем уже нет песен того автора, которые сделали ее популярной". И что? Жизнь-то не закончилась. Есть и другие авторы.

Валерия, Иосиф сказал, что влюбился в вас с первого взгляда...
Валерия:
И я сразу это поняла.

Так уж и сразу?
Валерия:
Да у него же на лице все было написано. (Смеется.) Он с самого начала мне в разных вариациях, завуалированно и не очень, говорил о своих чувствах. Едва ли не в первые дни нашего общения ошарашил признанием: "Встретил бы тебя лет 15 назад - обязательно бы женился". Я посмеялась: "Ха-ха! Конечно!" Но на всякий случай поинтересовалась у адвоката: "Может, нам какой-нибудь пункт внести в контракт? Больно уж глаз у него горит..."
Иосиф: Когда мы снимали в Голландии клип, Лера спросила: "А если я захочу выйти замуж?..
Валерия: Я долго-долго носила эту мысль в себе... У них, продюсеров, ведь такой стиль общения, они любят комплименты артисткам раздавать. Ну я и отмахивалась от намеков: "Да ладно", "Да брось ты", словом, делала вид, что ничего не понимаю, и старалась держать его на расстоянии. А сама все думала: работа уже вовсю идет, мы круглые сутки вместе. Это ж катастрофа какая-то надвигается. Я так замуж сроду не выйду. Цели такой, конечно, не было. Но я же нормальный живой человек и понимала, что когда-нибудь это случится. Хотя как, за кого я могла выйти, если Йося все время был со мной, а если не был - звонил каждый час? Что удивительно - почему-то я всегда честно отвечала, где, чем занимаюсь. Впрочем, где я могла быть, если он привозил меня домой и из дома же забирал? А когда Йося уезжал, мы говорили по телефону часами. Неважно, где в тот момент  он находился - в Канне, в Арабских Эмиратах или в каких-то заснеженных горах. Мне даже казалось, что большую часть времени за границей он не занимался своими делами, а общался со мной.
Иосиф: Я спать не ложился, пока не позвоню Лере. И после каждой поездки платил за мобильный телефон по нескольку тысяч долларов.
Валерия: А я даже подружке, у которой жила, пожаловалась: "Слушай, ну что это такое?! Никакой личной жизни!" В два часа ночи Йося приезжал к нам пить чай, по утрам напрашивался на завтрак. И когда только спать успевал?

А вы что же , вообще никаких чувств к нему не испытывали?
Валерия:
Он был симпатичен мне как человек, с ним приятно было работать. Но все мысли о возможности личных отношений я отсекла сразу: какой продюсер! да быть этого не может! да неужели ж я позволю себе второй раз наступить на те же грабли! Я закрыла для себя эту тему. И потому решилась на разговор: "Можно я все-таки задам тебе наболевший вопрос? Скажи, а не повлияет ли наша совместная работа на мою личную жизнь? Вдруг влюблюсь, завяжутся серьезные отношения? Ты же мне этого не простишь?.." "Да нет, - сказал Йося тихо. - Я с пониманием отнесусь к ситуации. На работу это никак не повлияет". "У-ух! - выдохнула я. - Слава богу! Можно расслабиться". Хотя, повторюсь, у меня не было никакой физической возможности влюбиться в кого-то другого. (Смеется.)

Признайтесь, Иосиф покривил тогда душой?
Иосиф:
Да уж... Услышать от Валерии такие слова было больно. Я ведь поставил перед собой цель - быть рядом с этой женщиной - и сворачивать с намеченного пути не собирался. Было бы очень обидно, если б не получилось то, что наметил, но и заставить Леру полюбить меня я не мог. Дело еще в том, что несколько месяцев до встречи с ней были тяжелыми, даже страшными. В тот период как раз было совершено нападение на мою квартиру. Не получалось осуществить какие-то рабочие планы. В общем, была черная полоса, а когда появилась Валерия, напряжение само собой исчезло и на душе потеплело...

Как же вам удалось завоевать ее сердце?
Иосиф:
Не знаю, просто я не умею любить чуть-чуть. Или люблю. Или не люблю. К тому же сразу понял: флирта с Лерой не получится. Нельзя поразвлечься и бросить. Не такая это женщина. Хочешь иметь с ней отношения - женись.
Валерия: Никто, кстати, не заставлял!.. (Улыбается.) Хотя, признаюсь, в Голландии мое сердце, конечно, растаяло. Мы гуляли, Йося пытался брать меня за ручку, тогда я еще отбрыкивалась. Но именно во время той поездки он решился открыто, без всяких намеков, признаться в любви... А как ухаживал! Ой, он же щедрый до невозможности! Какие цветы! Какие подарки! Всякий раз, прилетая из-за границы, привозил какую-нибудь штучку. Первый раз это была подвеска. Помню, протягивает ее: "Посмотри, какая симпатичная вещица. Мне она так понравилась!.." А я не представляла, что можно получить подарок без всякого повода. Я не была избалована бывшим продюсером. Подумала, что это бижутерия, сказала: "Спасибо". Йося удивился: "Ты что, не поняла? Это же хороший камень..." в другой раз вернулся с очаровательным колечком, потом еще с чем-то... А дальше я уже сбилась со счета... Когда приезжала в Москву из Аткарска, Иосиф всегда сам встречал меня на вокзале, и обязательно с шикарным букетом. Мы заходили в квартиру Галины Михайловны, где я жила, и она каждый раз охала: "Йося опять подарил фантастические цветы!" Когда они увядали, Галина Михайловна их засушивала, и теперь у нее по всему дому расставлены чудесные икебаны... А через полтора месяца после нашего знакомства, на Пасху, мы с Иосифом поехали на машине в Аткарск. се-таки мои дети были там, и в этот праздник мне хотелось побыть с семьей. Что интересно, мы не планировали ехать вместе. Йося, как обычно, проводил меня до вокзала и вдруг предложил: "А хочешь, отвезу тебя на машине?"..

Красивый жест. Но неужели вы не боялись вот так сразу знакомить будущего мужа с мамой?
Валерия:
Между нами еще ничего не было, поэтому я представила Иосифа как продюсера, успев шепнуть маме: "Не относись к нему с предубеждением. Все продюсеры разные". Но она все равно была напряжена. Это потом мы уже с ней секретничали, как подружки, и я рассказала, что Йося глаз на меня положил. А в первые минуты знакомства, помню, они стояли на крохотной аткарской кухоньке друг против друга. У мамы взгляд был пристальный, изучающий. Казалось, она целую вечность смотрела на Иосифа. Потом сказала тихонько: "Хорошие глаза..." И растаяла. Тем более, Йося подарил ей огромный красивый букет. Дело, конечно, не в цветах. Просто от бывшего зятя мама ни разу ничего подобного не получала. А Йося не был тогда ни женихом, ни мужем...

А как отнеслись к Иосифу дети?
Валерия:
Ой, они очень быстро нашли общий язык. Темка сразу подбежал с ноутбуком: "У меня тут что-то не запускается", вслед за ним Сенька начал Йосю дергать за рукав: "А пошли со мной!" Потом все вместе стали играть в "стрелялки"...
Иосиф: Я хорошо понимал: не будет контакта с детьми и родными Леры - и наши с ней отношения не сложатся.
Валерия: В тот раз Темка обмолвился, что ему что-то нужно для компьютера. Я сказала: "Хорошо, поеду в Саратов (Аткарск - городок маленький, там нет приличных магазинов) и куплю все, что надо. Иосиф так возмутился: "как это ты поедешь? Одна? Без меня? Это небезопасно. Теперь я отвечаю за твою жизнь и сам все сделаю. Тема, я сегодня уезжаю в Москву и завтра же тебе все пришлю". Мне оставалось только подчиниться: "Ну, как скажешь". А на следующий день мы действительно получили поездом целую кучу подарков.

Немудрено, что дети сразу полюбили Иосифа...
Валерия: Думаю, не только из-за игрушек. Они до сих пор путаются: то на "вы" с ним, то на "ты"; кто-то называет дядей Йосей, кто-то - просто Йосей. Но если б видели, как общался с детьми их отец и как - Иосиф, то почувствовали бы большую разницу. Не в пользу отца. Иосиф для них - взрослый друг, особенно для мальчишек, они могут с ним поиграть, чем-то поделиться. Теперь у них просто есть возможность общаться с настоящим мужчиной. Йося всегда спокоен, разговаривает с ними по-взрослому, не кричит, не сюсюкает. И я успела заметить, что дети слушаются его лучше, чем меня.

Да они у вас и так, наверное, спокойные, послушные?
Валерия:
Иногда. (Улыбается.) а бывает, такое вытворяют - ужас! Девятого мая поехали на Волгу к родственникам, у них в хорошем месте дача, свой катер. Иосиф как раз прилетел из Эмиратов, где снимал клип. Звонит: "Можно я приеду?" - "Ради бога". Наверное, жалел потом, что напросился... Дети были так перевозбуждены, что выдали все, на что были способны. До сих пор удивляюсь: что с ними случилось? Сказалась ли жизнь в небольшом замкнутом пространстве - их трое плюс я с родителями? Или откровенно "работали на публику"? Во всяком случае, ангелочка Сенечку, моего младшего, я просто не узнавала. Мне казалось, спокойнее чем он, детей просто не бывает. А он такое вытворял!!! И это при том, что Иосиф, как всегда, приехал с кучей подарков - Сеня, например, получил лазерный фонарик. Но когда мы шли по улице, он останавливался и начинал протестовать: "не хочу идти". Мы уговаривали, тащили его за руки. Тогда ребенок принимался орать на всю набережную, как сирена: "А-а-а!!!", и сделать с ним ничего было нельзя. Я понимала: то, что произошло, - это нечто экстраординарное, прежде мои дети никогда так себя не вели. И была даже рада, что Пригожин все это увидел. Пусть посмотрит, думала я, может, его чувства ко мне и угаснут. Но на мой вопрос: "Как впечатление?" он, будто ничего не произошло, ответил: "А что? Нормальные дети". Хотя я-то видела, что глаза у него были квадратные... (Улыбается.)

Иосиф знал о вашей личной жизни все. А о себе что-нибудь рассказывал?
Валерия:
Конечно. Хотя, признаться, поначалу мне было все равно, где живет, с кем. Я же собиралась с ним не семью создавать, а работать. Потом он сказал, что ушел от жены.
Иосиф: К моменту нашего с Валерией знакомства я не жил с семьей почти полтора года и был с моей бывшей супругой Леной в неофициальном разводе. Отношения не сложились, так бывает. И меня совершенно не волновало, есть штамп в паспорте или нет. Я просто ушел из дома, сказав жене: "Когда-нибудь я встречу женщину, которую по-настоящему полюблю", снимал квартиру... Но я безумно люблю детей, у нас с Леной двое, еще один ребенок родился у меня вне брака. И все они занимают в моем сердце основное место. Равно как теперь и дети Валерии.

Со своими-то общаетесь?
Иосиф:
А как же! В отличие от предыдущего мужа - продюсера Леры все квартиры я оформил на своих детей. Ежемесячно даю столько денег, сколько им нужно. Когда случилась беда, вернулся домой и, чтобы дети не испытывали страха, был с ними все время, пока не нашел преступников.
Валерия: Йося - нормальный папашка. Регулярно делает подарки, оплачивает мобильные телефоны, если надо - готов жене поменять машину, квартиру. Словом, обеспечивает с головы до пят, и те суммы, которые он тратит на бывшую семью, я даже не берусь озвучивать. По крайней мере, алименты, которые получаю я, с ними ни в какое сравнение не идут.
Иосиф: По другому нельзя. Я же не просто несу ответственность перед той семьей, они тоже - часть моей жизни. Мы прожили с Леной 13 лет, она очень хороший, потрясающий человек. Но такой любви, как у нас с Валерией, там не было с самого начала. А со временем выяснилось, что и характеры разные, и взгляды на жизнь не совпадают. Семья - это когда два человека не просто супруги, но и друзья. А если у мужа и жены нет ничего общего, жить вместе невозможно. Даже ради детей.

Валерия, а вас не смущало то, что Иосиф хоть и не живет с семьей, но официально все-таки женат?
Валерия:
Смущало. Я даже думала: мало ли что в жизни бывает, ну, поссорились, решили пожить отдельно. Мне не хотелось быть причиной чьего-либо несчастья, разбивать семью. Поэтому, когда зашла речь о серьезных отношениях, я сразу сказала Йосе: "Ты должен определиться, с кем хочешь жить".
Иосиф: Я понимал, что это неправильно: любимой женщине говорю, что в разводе, а у самого штамп в паспорте о регистрации брака с другой. Поэтому я позвонил Лене и честно сказал, что полюбил другую женщину и хочу быть с ней. Первой ее реакцией было: "Любовь - это эмоции". Наверное. Но без Леры я просто не могу жить.

Когда вы это  поняли?
Иосиф:
Окончательно я это осознал, причем очень остро, очень явственно недавно. В октябре Лера уехала в тур по Дальнему Востоку; я остался в Москве и, несмотря на то что мы, как всегда, часами разговаривали по телефону, вдруг понял, что действительно не могу без нее жить. Мне было плохо. Очень плохо. Я даже попал в больницу. Любовь проникла во все органы - в кровь, в сердце... Зато теперь я точно знаю, что разлучить нас с Валерией не сможет никто и ничто. Поэтому, когда она вернулась с гастролей и мы сели в машину, я сделал ей официальное предложение выйти за меня замуж. А с Леной сейчас развожусь.

Не боитесь сплетен, досужих домыслов? Доброжелатели уже пишут в Интернете, что ваш брак выгоден вам обоим...
Валерия:
Однажды и я поделилась с Иосифом подобной мыслью: "Слушай, меня ведь наверняка обвинят в том, чт я нашла себе продюсера, чтобы успешно продолжать карьеру. Он ответил: "Да? А меня не обвинят в том, что я нашел себе золотую жилу?"
Иосиф: Может, кто-то думает, что Валерия - это машина для зарабатывания денег, а я - тот специалист, который смог эту машину завести. Что ж, хочет кто-то видеть меня слесарем - пожалуйста! Только честно говорю: если завтра Лере надоест быть артисткой и она захочет заняться чем-то другим или просто сидеть дома, я возражать не буду.
Валерия: Это правда. Он давно сказал: "Не хочешь - не пой. Я всех вас буду содержать".
Иосиф: Понимаете, я всю жизнь мечтал встретить такую женщину, как Валерия. И наконец моя мечта сбылась... Мне кажется, она такая же, как я. Мы одинаково смотрим на жизнь.
Валерия: У нас даже темпераменты одинаковые. И знак Зодиака у обоих - огненный Овен.

"Пожара" не боитесь?
Валерия:
Не-а, проще, чем с Йосей, мне ни с кем никогда не было.
Иосиф: И у меня впервые в жизни такие легкие отношения. Мы не заставляем друг друга что-то делать, понимаем с полуслова и знаем, о чем можно говорить, а о чем лучше помолчать. Не поверите - за все время у нас ни разу не возникло разногласий.

Валерия, и все-таки не верится, что вы опять решили связать свою жизнь с продюсером...
Валерия:
но я не думала о себе, о своих чувствах, считая, что надо сохранить семью. По православным канонам мы все пришли на эту землю, чтобы страдать, и каждый должен нести свой крест. Я четко понимала: это - мой крест, и я буду нести его до конца жизни. Но... вышло по-другому. И слава богу. Я же разговаривала с батюшкой. Одно дело, когда не хватает сил перенести все тяготы жизни, и совсем другое - если имеешь дело с человеком неадекватным. Я боялась, что изуродую своих детей... Сейчас думаю: ну почему, почему я никогда не жила для себя? И что плохого в том, что выйду замуж за Пригожина? Сомнения, конечно, были. Но я подстраховалась, проверила в контракте каждую запятую. Иосиф - человек не подлый, порядочный. Неужели он станет меня использовать?

Разве, выходя замуж за Шульгина, вы не думали о нем так же: не подлый, порядочный?..
Валерия:
Мы подписали контракт, два года работали. И за это время я видела от него всякое. Помню, вернулась с гастролей по Германии вся в слезах: "Мам, ну за что он меня так оскорбил? Почему та ведет себя? Я просто не понимаю!.." Знаете, что сказала мама? "Благодари Бога, что он не твой муж". Надо было тогда прислушаться к ее мудрым словам. А меня словно бес попутал. Понимала, что человек очень непростой, и все равно вышла за него. Видно, в самом деле, любовь зла. Пригожин по этому поводу говорит так: "Что ж, если один продюсер, мягко говоря, негодяй, то и остальные такие же? А хочешь, я вообще больше не буду продюсером? Тебе станет легче?"

Кстати, дети по-прежнему не общаются с отцом?
Валерия:
Что вы? Какое общение? Они все прекрасно понимают. К сожалению, мои дети уже столько всего пережили, что теперь даже не интересуются отцом. И для них это благо.

Он сам-то не изъявляет желания повидаться с ними?
Валерия:
Пусть только попробует! Иосиф и охрана этого не допустят. Хотя Шульгин и пытается претендовать на детей. Ради принципа... Дело в том, что полтора года, пока мы жили в Аткарске, Аня везде подписывалась моей фамилией Перфилова. А потом и вовсе заявила: "Не хочу быть Шульгиной" - и решила поменять документы. Поверьте, это не каприз. Ане стыдно носить фамилию отца, о котором пишут, что он избил кого-то, обманул, затащил какую-то девочку в постель... Было заседание опекунского совета. Пришел Шульгин, громко возмущался, назвал себя потомком князей Шуйских. Комедия, да и только! К сожалению, я не могу лишить его родительских прав. Хотела произвести психиатрическую экспертизу, чтобы доказать, что он невменяем, а мне говорят: "Пока он не совершил уголовного преступления, это невозможно". Так что ж, теперь ждать, пока он прикончит меня или покалечит детей?

А что с имуществом? У вас по прежнему своего ничего нет?
Валерия:
Слава богу, теперь я богатая невеста. (Смеется.) Буквально на днях у меня появилась хорошая квартира в элитном доме на Рублевке. Правда, теперь, боюсь, будут говорить, что я выхожу замуж за Пригожина, потому что он купил мне квартиру.
Иосиф: Лер, перестань! Пусть говорят, что хотят. Слухи будут всегда, что бы мы ни делали.
Валерия: Йося прав. Таковы законы шоу-бизнеса. Что касается дома в Крекшино - единственной жилплощади, доставшейся мне после развода, - то мы его продали. Иосиф с трудом нашел клиента. Избушка была, прямо скажем, так себе. А сейчас я подаю апелляцию в Верховный Суд, чтобы разрешить имущественный спор по брачному контракту, заключенному с Шульгиным. Он ведь нагло обманул меня. Я пахала от зари до зари (проехав со мной по стране, Йося понял, какой это труд - давать по 30 концертов в месяц), а все, что заработала, досталось бывшему продюсеру. Это же немыслимо! Я говорила Шульгину: "Не надо мне - подпиши дарственную детям". И адвокат, и члены опекунского совета просили его сделать это. Пока безрезультатно.

Не будем о грустном. Все-таки впереди у вас свадьба. Кстати, почему вы запланировали ее аж на июнь следующего года?
Валерия:
Ну, в загсе же дают молодым два месяца на раздумья... (Смеется.) Вот и мы за полгода сможем и чувства свои проверить, и испытать друг друга на прочность.

Вам чего-нибудь не хватает для счастья?
Валерия:
Грех жаловаться. Всего - выше крыши. Даже не знаю, чего еще можно желать? Дай бог, чтобы каждая женщина была так же счастлива, как я сейчас.